/ КИНО

О трех сторонах "Восточного фронта" в конкурсе Гатчинского фестиваля “Литература и кино”

На традиционно сильном своей документальной частью Гатчинском фестивале "Литература и кино" показали “Восточный фронт” Андрея Осипова. Фильм был включен в программу категории “Спецпоказ” еще на "Артдокфесте", и это не случайно. Специфично в нём многое: путь фильма к зрителю, роль режиссера, происхождение материала.

Кадр из фильма "Восточный фронт" Андрея Осипова

Первой особенностью картины стало то, что она была профинансирована министерством культуры РФ. Безусловно, это не могло не оставить отпечаток. Как рассказал режиссер Виталий Манский в интервью "Медузе", Андрея Осипова обязали снабдить фильм текстом авторства Военно-исторического общества, возглавляемого В. Мединским. Фильм даже получил новое название: вместо "Восточного фронта" - "Другая война". Тем не менее, на фестиваль в Гатчину, как и на "Артдокфест", режиссер привез изначальную, не отредактированную министерством культуры версию.

Андрей Осипов в кинотеатре "Победа" в Гатчине представляет свой фильм "Восточный фронт"

Вторая особенность - эксклюзивность материалов, составивших плоть работы. Коллаж из фрагментов немецких киножурналов от парадоксально мирных 30-х годов до 50-х, полных чёрного раскаяния, - редкий для России опыт художественного представления мироощущения солдата Третьего Рейха.

"Восточный фронт" Андрея Осипова в программе "Литерату и кино"-2018

Перед показом Андрей Осипов вышел на сцену с небольшой предваряющей речью. В пространство зала он задавал риторические вопросы: как случилось так, что нация Гете обратилась нацией Гитлера? Неужели гуманистическое начало не входит в национальный культурный код? "Восточный фронт" был призван продемонстрировать абсурдность всякой войны в период очередной внешнеполитической напряженности, поэтому вполне естественно, что свою речь режиссер закончил следующей фразой: "Не могу пожелать вам приятного просмотра".

Документальный Фильм "Восточный фронт" Андрея Осипова на Гатчинском кинофестивале

Здесь стоит отметить и третью особенность фильма - проблему разграничения художественных решений Осипова и безымянных операторов немецких хроник. Мы не можем увидеть полные версии снятых оригиналов, лишь фрагменты. Однако судить о том, кем были те люди с киноаппаратом, можем. Они снимали хронику войны, но ее бесчеловечность растворялась в быте, разбавлялась поэзией: камера смотрела на солдат, собирающих цветы на могилу сослуживца, на советских колхозниц в национальных костюмах, снимала фрески в церквях и галчонка, которому солдаты в клюв всунули сигарету. Если бои шли в селе, оператор наводил камеру на оглушенных взрывом, метавшихся по двору кур. Трупы у дороги камера провожала долгим взглядом, и чувствовалось, что по ту сторону линзы киноаппарата, в глазах снимающего, застыл ужас.

Андрей Осипов "Восточный фронт", кадр из фильма

Повесть о том, как человек искусства оказался на войне, была эффектно и в стихах пересказана мастерским монтажом Андрея Демидова. Команда режиссера писала гротескную энциклопедию военных лет, охватывая все сезоны - и лето, и зиму, и грязь межсезонья, все стихии - от кадров атаки немецких бомбардировщиков до эпизодов с подводными лодками, и все периоды войны - от умилительных сцен, где дети учатся бросать гранаты, до самого конца, когда бывшие герои и верные сыны Рейха повисают на верёвках правосудия. То, что не могли высказать те, первые, немецкие операторы, договаривает за них Осипов. Изумительный и глубокий диалог, песнь о мире и милосердии. И если перед показом режиссер риторически задавался вопросом, что же стало с нацией Гете, то, как показалось, он же сам и дал на него ответ: нежные поэты остаются поэтами и на войне.